Орлуша

Поэзия. И не только

Воспоминание о будущем

Мне снился сон: Орловский юбилей.
Андрея Анатольича столетье.
С телеэкранов новостей елей,
На площадях стихи читают дети.
Моим портретом разукрашен ГУМ,
На мавзолее надпись «ЗА-Е-БАЛО»,
В нём я лежу за свой талант и ум.
Толпа течёт (тропа не зарастала).
Манежная. Стоит большой экран.
Там фильм идёт весь день документальный,
Чтоб москвичи и люди разных стран
Узнали, что я очень гениальный,
Чтоб говорили: «Умер он не весь!
Душа пережила в заветной лире!
Он с нами! Он живой! Он где-то здесь!
Как «отче наш», как «дважды два – четыре!»
Я шёл в толпе, лицо укутав в шарф,
Чтоб, обалдев, народ не пялил зенки
А из Большого лился голос арф,
Задорно исполнявших «Летку-енку».
Несли детей папаши на плечах
В кино, чтоб воспитать мальцов толково
Блокбастером «Надутая Собак»
И мюзиклом «Корова Волочкова».
Державное величия храня
Я шёл в метро, до встреч случайных падкий,
С «Библиотеки имени Меня»
Я до «Орловской» мчал без пересадки.
Часу уже примерно во втором
Тревоги ощущенье посетило,
Я с пешеходной улицы Литпром
Свернул на переулок Щикатиллло.
А там толпа людей из двух полов
Стремилась по привычке ротозеев
Прорваться к дому с надписью «Орлов»,
Я сразу понял: типа дом-музея.
«Я горе утопить хочу в тоске!» —
Икнул портвейном мужичок поддатый,
А я глядел на цифры на доске,
Вернее, я глядел на смерти дату…
Мой профиль в мир смотрел одним глазком
Невесел и какой-то виноватый,
Мне к горлу подступил давящий ком
При виде цифр «две тысячи девятый».
— Мне не дано на долголетье квот?!! —
Я в голос возопил, — Да тут ошибка!
— Мужчина, — подошёл экскурсовод, —
Вы где-то напились, похоже шибко!
Мы потрепались с ним про то да сё
И я спросил его, разлив по двести:
— Скажите, как погибло Наше Всё?
Как пал Пиит, Поэт, Невольник Чести?
Он пасть не мог от злой людской молвы!
Ему по барабану было это!
Тут собеседник мне сказал: Увы,
Не клевета угробила поэта!
Не злой булат, не яд, не пистолет!
Он просто шёл вот здесь по переулку
И вдруг в расцвете сил, ума и лет
Банально насмерть подавился булкой.
— Ты что, мужик?! Как булкой?! Это бред!
Куснул и помер? Это не серьёзно!
— Потом в стране на булки был запрет,
Но, к сожаленью для России, поздно…
Потух свободолюбия маяк,
Светильник духа канул в злую лету…
— Так быть не может! Шёл поэт, хуяк!
И больше нету нихуя поэта?
— Бутылку виски! Шевелись, гарсон! –
Я прокричал. Официант метнулся,
И при словах «Да это страшный сон!»
Я от дурного сна тотчас проснулся.
Я думал: ну какая же фигня
Приходит к людям в виде сновидений,
Имея в смысле в основном меня
И просыпанье в утро дней рождений.
Я кофе пил, мешая грусть с тоской,
«Погиб поэт!» — в башке стучало гулко.
Я, кстати, взял решительной рукой
И выбросил с балкона нахуй булку!

Пусть ею голубь гадит на Москву,
На шляпы людям с меткостью дантесной
А я ещё, пожалуй, поживу,
Я жизнь считаю очень интересной!

От души © 2000-2016 a-orlusha