Орлуша

Поэзия. И не только

Я бы запретил шенген всем до одного русским


«Главный русский поэт современности» Андрей Орлов искрометен, легок и глубок, романтичен и вульгарен. Он жонглирует образами, сравнивая исторические корни со стаканом коньяка, одежду — с первородным грехом, Крым — с комнатой старика, а нецензурную лексику — с гениталиями
По цитируемости Орлуша давно приравнялся к влиятельным СМИ. Только на Facebook у него почти 40 тысяч подписчиков. Его поэтическая сатира «на злобу дня» негативно воспринимается в России: за любовь к Украине и антипутинские стихи недоброжелатели переименовали его из «Орлуши» в «Хохлушу». Впрочем, на это поэт тут же заявил: «Определяю и указываю себя как украинец». И хотя «лучше в киевском цирке жить, чем в московском гнить зоопарке», билеты он берет в оба конца.
«Редкая птица» Орлуша залетел в Украину на пару дней. Утром перед единственным столичным концертом он стоял на Майдане, в ярко-красной кожанке, обмотаный длинным шарфом-палантином с бахромой, и признавался на камеру в любви к Украине. А люди подходили и пожимали ему руку…
Встреча с поклонниками и творческой интеллигенцией, а точнее «Обнимашки-селфи — сессия» прошла в кафе «Крым» на Майдане. Получив в подарок от украинских поклонников вышитый рушник и детские книжки на украинском языке, поэт потребовал у официантки поменять 800 долларов на гривны и меню на крымско-татарском языке. Заказал чебуреки и светлое пиво, добавив «Сделаем вид, что уже 6 вечера»…

Почему именно «Крым»?
Здесь такой крымский уголок в центре Киева. Я считаю Крым своим. Я люблю чебуреки, люблю татар. Та легкость, с которой Крым отошел, и та легкость, с которой он был отпущен Украиной, связана с тем, что Крыму нужна была любовь. Его недолюбили. Крым сейчас для русских как Курилы: никогда не был, никогда не поеду, но мое! Сейчас там стало хуже, чем было, а было плохо.
Я с 76-го года по нескольку раз в год бывал в Крыму. Туда очень много людей ездят не за отдыхом, а за своими детскими воспоминаниями. С Мишей Ефремовым — он мой друг — познакомились в Севастополе в 78 году — в конце прошлого тысячелетия. Он тогда был школьником и снимался в фильме «Когда я стану великаном». И учились все школьники в украинской школе. И Миша свои экзамены за 9-й класс сдавал спокойно на украинском языке. Примерно как мы все знаем со школы английский: «Ван Гог был відомим українським маляром».
Когда я хожу по Крыму, я подхожу и тихо говорю людям, которые торгуют сувенирами: «Есть что-нибудь украинское?» Они говорят: «Есть». И откуда-то достают. Мне хотелось какого-то веселья, и я купил, в принципе, девушкину футболку расшитую вручную, откуда-то из Львова или Чернигова. Они говорят, так это ж женская! Я говорю: так мне какая разница, я ж не женщина! Вряд ли кто-то подумает о том, что я женщина из-за того, что город не тот или не та вышивка.

Крымские татары сами просят о блокаде. Есть в этом рациональность, или не-похристиански как-то?
А как требует христианство? Это еще вопрос… Я удивлялся, что те же террористы на Донбассе говорят по украинским мобильным сетям, как у себя дома. Я бы отрубил.
Есть английский закон Райотса «О бунте». Выходит один человек, если начинаются агрессивные действия или демонстрации, и объявляет: «Эта территория объявляется территорией бунта!» и через 32 минуты каждый, кто остается на этой территории, будет считаться бунтовщиком против королевы, к нему может быть применено оружие. Все, кто выйдет за 32 минуты, не подвергаются преследованию по закону. Такого же рода законы должны быть для территорий (террористов — ред).
Среди людей, которые едут из России добровольцами, есть несколько, предположим, которые действительно верят, что они спасают русский мир. А есть люди, которые едут убивать и насиловать… Вы же знаете, что и с этой стороны есть такие. Заправлял бензин, а стал Мотороллой, предположим. Поэтому нельзя только на врага тыкать — среди своих такое же количество уродов. По ним иногда судят о стране.
Я за жёсткие меры. Я бы запретил шенген всем до одного русским. Не Гиркину, Стрелкову, Гиви и двум банкирам, а всем до одного. Первый положу на стол паспорт. А это все — гибридное сопротивление против гибридной войны.

Какие у вас отношения с российской властью? Концерты отменяют?
Нет. Концерты мне никто не разрешает и никто не отменяет. Я не завишу от прокатчика. Мне хватает в Киеве просто объявления на Facebook, чтобы собрать зал. В Москве мы выступаем на всех самых больших площадках с очень приличными ценами за билет. Три тысячи чел, например, зал. Что значит запретить? Мы арендуем зал — люди платят за билет. Если зал по техническим причинам закроет концерт — он заплатит в два раза больше, чем у меня гонорар.

У других артистов были проблемы? Арбенина, например…
Арбенина никогда ничего не арендовала. Когда она последний раз давала концерты? Эти «снайперы», сбитые давно… там и 300 человек не собирают. Собираются 35 человек. Из института Кинематографии никого не выгнали за отсутствие таланта — всех выгнали по политическим причинам.

У Макаревича ведь были сорванные концерты?
Там были провокации. Ну я-то мельче, чем Макаревич. Мне-то че? Я сварщик ненастоящий. Я себя никем таким не считаю. И посему я тихо и спокойно делаю то, что делаю.

Не вызывали в кабинеты? Профилактическую работу не проводили?
Вызывали? А кто меня вызовет? А ну вызови меня: Андрей Анатольевич, приходи… куда? В ФСБ. Поговорить о вашем творчестве… Идите в ж…у. Вы не туда попали. Это не я — это мой брат-близнец, а Орлов уехал давно и работает в Чигире на метеостанции. В ж…у, в ж…у, в ж…у. Ни ФСБ, ни СБУ этим не занимаются. Если и занимаются — дураки из министерства культуры или средств массовой информации. А в связи с тем, что к культуре их…я не имею отношения, и СМИ я не являюсь — то идите в ж…у!

Как у вас отношения с украинской властью? Не предлагали какие-нибудь должности в Украине?
Я бы с удовольствием стал министром культуры Одесской области.

В команду реформаторов к Саакашвили? Как Мария Гайдар? Работать во власти — это минимальные зарплаты, например…
При чем здесь деньги? Я без денег живу так же, как и с деньгами. Был бы у меня пустой карман, я бы сказал: сбросьтесь мне, ребята, на чебурек, а я вам потом когда-нибудь куплю по два. Или не куплю — как пойдет. Это совершенно нормальные вещи. Мне зарплаты не нужны. Я два раза в месяц буду отъезжать в Париж или во Львов давать концерты. Буду называть это благотворительными вечерами и переводить в «Фонд личного обогащения Андрея Орлова» все деньги, собранные на концерте. Если нужно, я еще и шью…

У вас в России сатириков много. Хотелось бы и нам сатиры на актуальные темы…
Я в последнее время говорю «у них в России». А мне как раз не хочется писать на актуальные темы. Но приходится. Лучше бы того, о чем я пишу в последнее время, не происходило. Мне не хочется писать ни про разбитые самолеты, ни про убитых людей. Мне хочется писать про любовь и всякие смешилки для друзей.
Я сейчас прохожу украинскую мову за 8 класс русскоязычной крымской школы, который взял у дочки своей жены бывшей, когда был в последний раз. Очень плохой учебник литературы и хороший учебник языка. Если в Украине в XV веке не было литературы — нужно говорить, что ее не было. Не нужно придумывать XII век. Вот, «Слово о полку Игоревом», и написано — украинская литература. «Переклад з російської». Ну скажите, что тогда язык литературы был русский, на нем люди говорили, и назовите это русской литературой. Пусть люди знают, как говорил Конфуций «у кого есть два языка — у того есть три головы».
Украина сейчас отказывается от связи исторической с русскостью. Я не говорю «с Россией». Так же Россия отказывается от того, что она была частью великого татарского государства в течение многих лет. В конце концов, для меня, например, как говорят, Киев — мать городов русских. Из-за двух уродов нельзя открестится от прошлого, и говорить, что мы всегда были другими.
У нас есть стакан водки, стакан коньяка, стакан апельсинового сока и чашка чая. Водка произошла в Швеции, коньяк сделали из винограда и так далее. Потом произошла революция, все это смешали в один стакан и разлили поровну — это Украине, а это России. А сейчас каждый из этих одинаковых стаканов придумывает себе свое прошлое. То, что сейчас создается, нужно признаться, что это — новые общности. И не надо считать, что если у меня светлые волосы — я произошел от голубоглазого Иванушки-дурачка из сказки или от Ильи Муромца.

Кто ваши предки?
Каждому хочется верить, что он блондин, живущий высоко в горах, общающийся с богами. А на самом деле своих бабушек и дедушек мы не знаем.
У меня нет обоих дедушек, например. У обеих бабушек были случайные однодневные романы. У меня папу родила бабушка в 52 года, сходив на танцы. И потом расскажите мне, что я должен как-то относиться к женщинам с пониженной планкой социальной ответственности! Во-первых она танцевабельна, провожабельна, до утра оставабельна. И что? Я должен говорить, что никогда не спите с незнакомцами на танцах? Как я могу? Меня бы и не было! Поэтому я тоже достаточно толерабелен.

Украинские девушки отличаются от россиянок?
Люди отличаются не по национальности, а по тому, где они живут. Как они ходят, как улыбаются. Мне всегда было приятнее ходить по Киеву и Одессе, или по острову Буикадо в Турции, или по Минорке в Испании, потому что мне нравится, как там люди выглядят и ходят. И приедете вы в Москву, поверьте, через три года вы будете вилять попой, как все москвички. Это социальная составляющая. Никакого антирусского или антиорлушинского сантимента я не видел, а если я кому-то не нравлюсь — так же будет и в любой другой стране.
Мне кажется, что в Одессе девчонки выше. Может, за счет коротких шортов. Шорты, в которых видно подпопие — это выглядит странно. В Москве однозначно видно девушек из Красноярска, Ростова и Одессы именно по манере. Чем выше каблуки — тем дальше от Урала. Другое понятие эротизма. Где-то нужно декольте, как в Германии, где-то сверху раздеваются до возможной грани, а где-то снизу. Не сказать, что мне нравится видеть у еще незнакомой девушки те части тела, которые хотел бы увидеть у знакомой. Природный эротизм Одессы мне немного диковат, скажу честно. А Киев однозначно «побюстастей», чем Москва.

Что такое, по-вашему, демократия?
Идеальная демократия — это вреднейшая вещь. Это как у школьников спросить: «Вы что хотите: контрольную по физике или дрочить?» При директоре школы все говорят — контрольную по физике. Стоит учителю выйти за дверь — все вопросы по демократии отменяются.
Работать никто не хочет на самом деле. Реально, вы что, любите работать? Не бывает любимой работы! Одежда и работа — это наказание за первородный грех, за съеденное яблоко. «Познаете стыд и будете в поте лица своего будете добывать хлеб свой», — сказал Господь в наказание. То есть, тот, кто ничего плохого не делал, должен ходить голый и ни хера не делать. Это идеальное состояние человека.

А что любите вы делать вне работы?
Я люблю физически что-то делать. Я вообще сейчас хотел сделать маленькую фабрику по производству ручных обоев. Рулоны дорогущие будут, блин! Но при этом я придумал легенду, что это с XII века не прерывалось производство. Дедушек себе придумаю каких-нибудь — обойных дел мастеров. Можно будет делать табуретки. Мне нравится такое — ручное, не компьютерное: рисование, выпиливание лобзиками. Это будет интересно, я буду обманывать людей. Это будут огромные деньги.

Какие любимые украинские блюда? Умеете борщ готовить?
Не умею. Борщ люблю. Ну не знаю, уверены ли вы, что это украинское, а не польское блюдо, например? Я люблю базовую еду.

Вы уже отреагировали на теракты во Франции?
К сожалению, стерся стих, который я написал о терактах. То, что сейчас происходит — это исламский разлом. Это продолжение Норд-Оста, Беслана. Теракт в Париже, взорванный российский самолет и башня 911 — один и тот же ряд: мирные люди отвечают за тех, кто ведет от их имени военные действия.

Что делать?
Сейчас уже делать нечего — эта война все равно будет. Будет война за воду, за хлеб. То, что сейчас происходит с беженцами, переселенцами в Европу. Разлом существует. Ислам моложе, чем христианство. В нем есть масса людей, готовых легко отдать собственную жизнь. Ничего не сделаешь. Эти смерти будут продолжаться.
Вполне возможно, что мы — счастливое поколение, которое увидит конец человеческой цивилизации. Сейчас идет информационный кризис — завал всего интернета и электричества, новая энергия бесплатная, которая обрушит деньги. Пойдет большой сдвиг переселенческий — одни будут уничтожать других. Не имеет значения — они нас или мы их — это рыжие и черные муравьи.

Как бы вы провели свой последний день?
Сидя дома с любимой девушкой, если бы мне сказали, что через пять часов цивилизация окончит свое существование? Я бы отключил телефон. Не стал бы звонить маме и спрашивать, что ты делаешь. Думаю, весело занялся бы любовью. Почитал кусочек любимой книжки. Написал бы стишок. А потом бы вышел голый на балкон, потянулся. И смотрел бы, как по одной гаснут звезды. Прикольно!

А что бы почитали?
«Маленького принца» или Ориана Фалаччи «Интервью с историей»…

Наталья Полынкова
Оригинал

От души © 2000-2016 a-orlusha